Украинским бойцам проще пойти на смерть, чем заплатить неподъемные кредиты. Пока одни должники митингуют и голодают под стенами рады требуя от благодетелей-нардепов закона о гуманной реструктуризации взятых по 8 долларов кредитов, другие просто едут в зону АТО.

Да и демобилизованные вояки вместо того, чтобы вернуться к мирной жизни, рвутся назад на передовую. Причина — у них тут нет работы, а кредиты за квартиры и автомобили нужно отдавать. Как- никого не интересует, а коллекторы регулярно терроризируют семью героев, невзирая на заслуги на фронте.

Владимир Билец был одним из «киборгов», защищал Донецкий аэропорт. «Я ушел воевать еще в марте 2014 года добровольцем. Был абсолютным патриотом и считал, что любой уважающий себя мужчина должен сделать то же, что и я. То, что мы, бойцы, никому из руководства страны не нужны, стало понятно еще там, в зоне АТО. Но насколько мы никому не нужны, я понял только, когда вернулся на гражданку. Я — киевлянин, перед войной женился и взял кредит на квартиру. Сейчас в этой квартире живут моя жена и ребенок. Но с женой мы расстались, и мне жить негде. Перебиваюсь ночевками то у сестры, то у друзей. Кредит нужно платить каждый месяц, а денег на это нет. До войны у меня был небольшой, но налаженный бизнес, теперь же нет ничего, и нормальную работу я не могу найти. Я очень не хочу возвращаться обратно на войну, но мне просто придется заключить контракт и идти служить дальше. Так мне хотя бы будет где жить, то есть, я смогу перечислять зарплату бывшей жене и ребенку и какое-то время не думать о кредите. Чувствую себя, как несколько раз сидевший зек, которому в тюрьме комфортнее, чем на воле», — пожаловался герой АТО.

Не находят себя в мирной жизни и ребята из 25-й днепропетровской воздушно-десантной бригады. Мобилизованные в первой волне так долго ждали дембеля, но дождавшись, тут же вернулись в армию. «В Днепропетровске у меня был бизнес, связанный с перевозками и логистикой. Я вернулся домой и осознал, что фирма уже не сможет быть прибыльной, стал искать новую работу. Две недели каждый день ходил по собеседованиям, но все впустую. Потом мне позвонили друзья, которые остались в бригаде по контракту, и предложили вернуться и тоже заключить контракт. Я узнал, что на мою должность никого не взяли, и вернулся назад», — сообщил один из солдат на условиях анонимности.

Командиры батальонов бригад ВСУ подтверждают, что большинство солдат возвращаются в армию — пусть не сразу, но через несколько дней или недель после дембеля. «Правда, мы берем далеко не всех желающих на контракт из-за недостаточного уровня профессионализма. Украина раньше не была в состоянии войны, так что не все бойцы из первой волны мобилизации могут быть зачислены в нашу бригаду» - рассказал комбриг 72-й отдельной механизированной бригады Андрей Грищенко.

Не лучше обстоят дела и в добровольческих батальонах, там признают: неприкаянность бойцов после дембеля — серьезная проблема. «После демобилизации возвращается масса людей — как раз потому, что в мирной жизни они никому не нужны, им просто не на что жить. О чем можно говорить, когда президенту страны важнее Липецкая фабрика, чем свои солдаты? Я сейчас лично сдерживаю человек 10–15, которые поняли, что к чему на гражданке, от самосудов и желания мстить», — поведал комбат батальона «Торнадо» Андрей Филоненко. Что ж, ситуация как на ладони. В ВСУ возвращаются должники банков, в батальоны карателей – бомжи без квартир и образования или же откровенные бандиты.

События независимой России

Украинцы скрываются от долгов в зоне АТО