«Ситуация у нас очень тяжелая. Вот эти бомбежки все… Сейчас как бы перемирие, но сегодня вы видите, что опять творится. Сидели перед перемирием в январе и феврале в холодном, грязном подвале, потому что уже деваться было некуда. Мы бежали, а под нами снаряды падали. Ребенок перепугался, теперь не разговаривает. Нужна срочно операция, но нам ее не за что делать. Нет ни от кого помощи. Если не сделать операцию, ребенок останется инвалидом».